Стихи Бродского

Бродский

Стук

Свивает осень в листьях эти гнезда
Здесь в листьях
Осень, стук тепла,
Плеск веток, дрожь сквозь день,
Сквозь воздух,
Завернутые листьями тела
Птиц горячи.
Здесь дождь. рассвет не портит
Чужую смерть, ее слова, тот длинный лик,
Песок великих рек, ты говоришь, да осень. ночь
Приходит,
Повертывая их наискосок
К деревьям осени, их гнездам, мокрым лонам,
Траве. здесь дождь, здесь ночь. рассвет
Приходит с грунтовых аэродромов
Минувших лет в якутии. тех лет
Повернут лик,
Да дважды дрожь до смерти
Твоих друзей, твоих друзей, из гнезд
Негромко выпавших, их дрожь. вот на рассвете
Здесь также дождь, ты тронешь ствол,
Здесь гнет.
Ох, гнезда, гнезда, гнезда. стук умерших
О теплую траву, тебя здесь больше нет.
Их нет.
В свернувшемся листе сухом, на мху истлевшем
Теперь в тайге один вот след.
О, гнезда, гнезда черные умерших!
Гнезда без птиц, гнезда в последний раз
Так страшен цвет, вас с каждым днем все меньше.
Вот впереди, смотри, все меньше нас.
Осенний свет свивает эти гнезда.
В последний раз шагнешь на задрожавший мост.
Смотри, кругом стволы,
Ступай, пока не поздно
Услышишь крик из гнезд, услышишь крик из гнезд.

Мерида

Коричневый город. веер
Пальмы и черепица
Старых построек.
С кафе начиная, вечер
Входит в него. садится
За пустующий столик.

В позлащенном лучами
Ультрамарине неба
Колокол, точно
Кто-то бренчит ключами:
Звук, исполненный неги
Для бездомного. точка

Загорается рядом
С колокольней собора.
Видимо, веспр.
Проводив его взглядом,
Полным пусть не укора,
Но сомнения, вечер

Допивает свой кофе,
Красящий его скулы.
Платит за эту
Чашку. шляпу на брови
Надвинув, встает со стула,
Складывает газету

И выходит. пустая
Улица провожает
Длинную в черной
Паре фигуру. стая
Теней его окружает.
Под навесом — никчемный

Сброд: дурные манеры,
Пятна, драные петли.
Он бросает устало:
«господа офицеры.
Выступайте немедля.
Время настало.

А теперь — врассыпную.
Вы, полковник, что значит
Этот луковый запах?»
Он отвязывает вороную
Лошадь. и скачет
Дальше на запад.

Ангел

Белый хлопчатобумажный ангел,
до сих пор висящий в моем чулане
на металлических плечиках. Благодаря ему,
ничего дурного за эти годы
не стряслось: ни со мной, ни — тем более — с помещеньем.
Скромный радиус, скажут мне; но зато
четко очерченный. Будучи сотворены
не как мы, по образу и подобью,
но бесплотными, ангелы обладают
только цветом и скоростью. Последнее позволяет
быть везде. Поэтому до сих пор
ты со мной. Крылышки и бретельки
в состояньи действительно обойтись без торса,
стройных конечностей, не говоря — любви,
дорожа безыменностью и предоставляя телу
расширяться от счастья в диаметре где-то в теплой Калифорнии.

Одиночество

Когда теряет равновесие
твое сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из под ног,
как палуба,
когда плюет на человечество
твое ночное одиночество, -

ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и — кстати — самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.

Но лучше поклоняться данности
с глубокими ее могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.
Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими ее дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.

Да. Лучше поклонятся данности
с убогими ее мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице.

Художник

Он верил в свой череп.
Верил.
Ему кричали:
«Нелепо!»
Но падали стены.
Череп,
Оказывается, был крепок.

Он думал:
За стенами чисто.
Он думал,
Что дальше — просто.

...Он спасся от самоубийства
Скверными папиросами.
И начал бродить по селам,
По шляхам,
Желтым и длинным;
Он писал для костелов
Иуду и Магдалину.
И это было искусство.

А после, в дорожной пыли
Его
Чумаки сивоусые
Как надо похоронили.
Молитвы над ним не читались,
Так,
Забросали глиной...
Но на земле остались
Иуды и Магдалины!


Стихи — Стихи Бродского

Избранные стихотворения Бродского.