Божественная комедия

Данте Алигьери (Dante Alighieri)

Часть 3

Рай (Paradiso)

Песнь XV
Пятое небо — Марс (продолжение).
1 Сочувственная воля, истекая
Из праведной любви, как из дурной
И ненасытной истекает злая,

4 Прервала пенье лиры неземной,
Святые струны замиряя властно,
Настроенные вышнею рукой.

7 Возможно ль о благом просить напрасно
Те сущности, которые, чтоб дать
Мне попросить, умолкли так согласно?

10 По праву должен без конца страдать
Тот, кто, прельщён любовью недостойной,
Такой любви отринул благодать.

13 Как в воздухе прозрачном ночи знойной
Скользнет внезапный пламень иногда
И заставляет дрогнуть взор спокойный,

16 Как будто передвинулась звезда,
Хоть там, где вспыхнул он, светил держава
Цела, а сам он гаснет без следа, —

19 Так от плеча, простершегося вправо,
Скользнула вниз, вдоль по кресту нисшед,
Одна из звёзд, чья там блистает слава.

22 И с ленты не сорвался самоцвет,
А в полосе луча промчался, светел,
Как блещущий за алебастром свет;

25 Так дух Анхиза страстно сына встретил,
В чем высшая нас уверяет муза,
Когда его в Элисии заметил.

28 «О sanguis meus, о superinfusa
Gratia Dei, sicut tibi cui
Bis unquam coeli ianua reclusa?»

31 Так этот свет; внимательно к нему я
Возвел глаза; потом возвел к моей
Владычице, и здесь, и там ликуя:

34 Столь радостен был блеск ее очей,
Что мне казалось — благодати Рая
Моим очам нельзя познать полней.

37 А дух, мой слух и зренье услаждая,
Продолжил речь, но смысл был так глубок,
Что я ему внимал, не понимая.

40 Он не нарочно мглой себя облек,
А поневоле: взлет его суждений
Для цели смертных слишком был высок.

43 Когда же лук столь жарких изъявлений
Был вновь ослаблен, так что речь во всем
Сошла до нашей умственной мишени,

46 То сразу же я различил потом:
«Благословен в трех лицах совершенный,
Столь милостивый в семени моем!»

49 И дальше: «Голод давний и блаженный,
Той книгою великой данный мне,
Где белое и черное нетленны,

52Т ы в этом, сын мой, утолил огне,
Где говорю я, и да восхвалится
Та, что тебя возносит к вышине!

55 Ты веруешь, что мысль твоя стремится
Ко мне из Первой так, как пять иль шесть
Из единицы ведомой лучится;

58 И ты вопрос не хочешь произнесть,
Кто я, который больше, чем вся стая
Счастливых духов, рад тебя обресть.

61 Ты в этой вере прав: здесь обитая,
Большой и малый в Зеркало глядят,
Где видима заране мысль любая.

64 Но чтоб любви, которой я объят,
Бессонно зрящий, и всегда взволнован,
Как сладкой жаждой, не было преград,

67 Пусть голос твой, уверен, смел, нескован,
Мне явит волю, явит мне вопрос,
Которому ответ предуготован!»

70 Тогда я к Беатриче взор вознес;
Та, слыша мысль, улыбкой отвечала,
И, окрыленный, мой порыв возрос.

73 Я начал так: «Вы — те, кому предстало
Всеравенство; меж чувством и умом
Для вас неравновесия не стало;

76 Затем что в Солнце, светом и теплом
Вас озарившем и согревшем, оба
Вне всех подобий в равенстве своём.

79 Но мысль и воля в смертных жертвах гроба,
Чему ясна причина вам одним,
В своих крылах оперены особо;

82 И я, как смертный, свыкшийся с таким
Неравенством, творю благодаренье
За отчий праздник сердцем лишь своим.

85 Тебя молю я, в это украшенье
Столь дивно вправленный топаз живой,
По имени твоем уйми томленье».

88 «Листва моя, возлюбленная мной
Сквозь ожиданье, — так он, мне в угоду,
Ответ свой начал, — я был корень твой».

91Потом сказал мне: "Тот, кто имя роду
Дал твоему и кто сто с лишним лет
Идет горой по первому обводу,

94 Мне сыном был, а им рожден твой дед;
И надо, чтоб делами довременно
Ты снял с него томительный запрет.

97 Флоренция, меж древних стен, бессменно
Ей подающих время терц и нон,
Жила спокойно, скромно и смиренно.

100 Не знала ни цепочек, ни корон,
Ни юбок с вышивкой, и поясочки
Не затмевали тех, кто обряжен.

103 Отцов, рождаясь, не страшили дочки,
Затем что и приданое, и срок
Не расходились дальше должной точки.

106 Пустых домов назвать никто не мог;
И не было еще Сарданапала,
Дабы явить, чем может стать чертог.

109 Еще не взнесся выше Монтемало
Ваш Птичий Холм, который победил
В подъеме и обгонит в час развала.

112 На Беллинчоне Берти пояс был
Ременный с костью; с зеркалом прощалась
Его жена, не наведя белил.

115 На Нерли и на Веккьо красовалась
Простая кожа, без затей гола;
Рука их жен кудели не гнушалась.

118 Счастливицы! Всех верная ждала
Гробница, ни единая на ложе
Для Франции забыта не была.

121 Одна над люлькой вторила все то же
На языке, который молодым
Отцам и матерям всего дороже.

124 Другая, пряжу прядучи, родным
И домочадцам речь вела часами
Про славу Трои, Фьезоле и Рим.

127 Казались бы Чангелла между нами
Иль Сальтерелло чудом дивных стран,
Как Квинций иль Корнелия — меж вами.

130 Такой прекрасный, мирный быт граждан,
В гражданственном живущих единенье,
Такой приют отрадный был мне дан

133 Марией, громко призванной в мученье;
И, в древнем вашем храме восприят,
Я Каччагвидой стал в святом крещенье.

136 Моронто — брат мне, Элизео — брат;
Супругу взял я из долины Падо;
Отсюда прозвище ее внучат.

139 Я следовал за кесарем Куррадо,
И мне он пояс рыцарский надел,
Затем что я служил ему, как надо.

142 С ним вышел я, как мститель злобных дел,
На тех, кто вашей вотчиной законной,
В чем пастыри повинны, завладел.

145 Там, племенем нечистым отрешённый,
Покинул я навеки лживый мир,
Где дух столь многих гибнет, загрязнённый,

148 И после мук вкушаю этот мир«.


Поэма — Божественная комедия — Алигьери Данте — Часть 3 — Песнь XV

Пятое небо — Марс (продолжение).

Жанр: Проза / Поэма
OCR: aphorisms.su
Книги бесплатно
Аннотации к книге
Краткое содержание


Примечания к поэме

21. Одна из звёзд. — Это Каччагвида, прапрадед Данте, живший в XII в.

25-27 . Так дух Анхиза приветствовал Энея, посетившего Элисий, царство мёртвых (Эн., VI, 679-694).

28-30 . 28-30. О sanguis meus... (лат.). — «О кровь моя, о свыше (или же: свыше меры) излитая милость божия, кому, как тебе, была когда-либо дважды открыта дверь неба?»

49. Голод — то есть «желание увидеть тебя».

50. Той книгою великой — то есть книгою предвечных решений божества.

56. Из Первой — то есть через посредство божества.

56-57. Как пять или шесть — то есть как из знания единицы проистекает (лучится) знание любого числа.

62. Зеркало — божество.

74. Всеравенство — то есть божество, все свойства которого равно бесконечны.

76-77. В Солнце — то есть в боге. Обо — то есть чувство и ум.

79. Воля — то есть чувство.

84. Сердцем лишь своим — а не словами.

91-92. Тот, кто имя роду дал твоему — сын Каччагвиды Альдигьеро, или Алигьеро, по имени которого его потомки стали называться Алигьери.

93. Идет горой по первому обводу. — То есть идет вокруг горы Чистилища по первому кругу, где искупают свой грех гордецы.

94. Твой дед — Беллинчоне, сын Алигьеро (см. прим. 91-92), отец Алигьеро II, отца Данте.

95-96. И надо, чтоб делами... — То есть: «Надо, чтобы ты добрыми делами сократил срок его пребывания в Чистилище», 97. Меж древних стен — внутри старой городской стены, построенной, по преданию, во времена Карла Великого. В XII в. город был окружен второй стеной, во времена Данте — третьей.

98. Ей подающих время терц и нон. — Колокол церкви «Бадия», в старом городе, точнее других отбивал время. Терца — девять часов утра; нона — полдень.

109-111. Ещё не взнёсся... — С горы Монтемало (Монтемарио) открывается вид на Рим, с Птичьего Холма (Уччеллатойо) — вид на Флоренцию. Смысл этих стихов: «Флоренция еще не превосходила Рим роскошью зданий; но настанет время, когда ее падение будет еще большим, чем падение Рима».

112. Беллинчоне Берти деи Равиньяни — знатный и влиятельный флорентиец XII в., отец Гвальдрады (А., XVI, 37 и прим.).

115. Нерли и Веккьо (Веккьетти) — знатные флорентийские роды. Здесь имеются в виду их старейшины.

118-119. Верная гробница — в родном городе, а не в изгнании.

120. Для Франции — куда мужья теперь уезжают по делам.

127. Чангелла — флорентийка времен Данте, знатная вдова, отличавшаяся своим вызывающим поведением и легкостью нрава.

128. Лапо Сальтерелло — флорентиец, современник Данте, юрист и поэт, ведший роскошный образ жизни.

129. Квинций Цинциннат — см. прим. Р., VI, 46. Корнелия — мать Гракхов, образец добродетельной женщины (А., IV, 128).

133. Марией — то есть девой Марией, которую роженица призывает в муках (см. Ч., XX, 19-21).

137. Из долины Подо — то есть из долины По.

138. Отсюда прозвище ее внучат. — По словам Боккаччо, Каччагвида женился на девушке из рода феррарских Альдигьери, и одному из сыновей они дали имя Альдигьеро, отсюда и пошло фамильное имя его потомков, изменившееся потом в Алигьери (см. прим. 91-92).

139. Куррадо — германский король Конрад III, предпринявший в 1147 г. вместе с Людовиком VII Французским второй крестовый поход, к которому присоединились и некоторые флорентийцы.

144. Пастыри — то есть римские папы, не заботящиеся об отвоевании Палестины у неверных (А., XXVII, 85-90; Р., IX, 125-126, 137).

145. Отрешённый — от телесных пут.