Восемнадцать ей было,
Никого не любила,
Все с каким-то презреньем
Все глядит на людей,
Не подарит улыбкой,
Не посмотрит как надо,
И напрасно ребята
Увлекалися ей.

Но однажды на танцах
К ней прилично одетый,
К ней прилично одетый
Паренек подошел.
Суеверный красавец
Из преступного мира,
Поклонился он Нине
И увлек на бостон.

Осмотрел он ее
Со сноровкою вора,
Осмотрел он ее
Как козырную масть,
И прекрасная Нина,
Эта дочь прокурора,
Отдалась ему сразу
В его полную власть.

Сколько было тут слов,
Сколько было тут ласки,
Воровская любовь
Горяча и сильна.
Ничего он не хочет,
Ничего не желает,
Только тела красотки,
Только чашу вина.

Но судьба жигана
Изменяется часто
То тюрьма, то свобода,
То опять лагеря.
И однажды во вторник
Суеверный красавец
Он спалил на бану
И ее, и себя.

Там за красным столом
Одурманенный дымом
Прокурор осушал
За стаканом стакан.
А на черной скамье,
На скамье подсудимых,
Сидит дочка-красотка
И красавец жиган.
А на черной скамье,
На скамье подсудимых,
Сидит дочка-красотка
И красавец жиган.

Расставались они,
Расставались надолго,
И жиган попросил
Попрощаться с женой.
И устами слились
В поцелуе едином,
Лишь отец прокурор
Заливался слезой.
И устами слились
В поцелуе едином,
Лишь отец прокурор заливался,
Заливался слезой.
И устами слились
В поцелуе едином,
Лишь отец прокурор заливался,
Заливался слезой.