Божественная комедия

Данте Алигьери (Dante Alighieri)

Часть 2

Чистилище (Purgatorio)

Песнь IV
Первый уступ Предчистилища.— Нерадивые.— Балаква.
1 Когда одну из наших сил душевных
Боль или радость поглотит сполна,
То, отрешась от прочих чувств вседневных,

4 Душа лишь этой силе отдана;
И тем опровержимо заблужденье,
Что в нас душа пылает не одна.

7 Поэтому, как только слух иль зренье
К чему-либо всю душу обратит,
Забудется и времени теченье;

10 За ним одна из наших сил следит,
А душу привлекла к себе другая;
И эта связана, а та парит.

13 Дивясь Манфреду и ему внимая,
Я в этом убедился без труда,
Затем что солнце было выше края

16 На добрых пятьдесят долей, когда
Все эти души, там, где было надо,
Вскричали дружно: «Вам теперь сюда».

19 Подчас крестьянин в изгороди сада
Пошире щель заложит шипняком,
Когда темнеют гроздья винограда,

22 Чем оказался ход, куда вдвоём
Мой вождь и я за ним проникли с воли,
Оставив тех идти своим путём.

25 К Сан-Лео всходят и нисходят к Ноли,
И пеший след к Бисмантове ведёт;
А эту кручу крылья побороли,—

28 Я разумею окрыленный взлёт
Великой жажды, вслед вождю, который
Дарил мне свет и чаянье высот.

31 Путь шёл в утесе, тяжкий и нескорый;
Мы подымались между сжатых скал,
Для ног и рук ища себе опоры.

34 Когда мы вышли, как на плоский вал,
На верхний край стремнины оголённой:
«Куда идти, учитель?» — я сказал.

37 И он: «Иди стезею неуклонной
Всё в гору вслед за мной, покуда нам
Не встретится водитель умудрённый».

40 К вершине было не взнестись очам,
А склон был много круче полуоси,
Секущей четверть круга пополам.

43 Устав, я начал, медля на откосе:
«О мой отец, постой и оглянись,
Ведь я один останусь на утёсе!»

46 А он: «Мой сын, дотуда дотянись!»
И указал мне на уступ над нами,
Который кругом опоясал высь.

49 И я, подстёгнутый его словами,
Напрягся, чтобы взлезть хоть как-нибудь,
Пока на кромку не ступил ногами.

52 И здесь мы оба сели отдохнуть,
Лицом к востоку; путник ослабелый
С отрадой смотрит на пройдённый путь.

55 Я глянул вниз, на берег опустелый,
Затем на небо, и не верил глаз,
Что солнце слева посылает стрелы.

58 Поэт заметил, как меня потряс
Нежданный вид, что колесница света
Загородила Аквилон от нас.

61 «Будь Диоскуры,— молвил он на это,—
В соседстве с зеркалом, светящим так,
Что всё кругом в его лучи одето,

64 Ты видел бы, что рдяный Зодиак
Ещё тесней вблизи Медведиц кружит,
Пока он держит свой старинный шаг.

67 Причину же твой разум обнаружит,
Когда себе представит, что Сион
Горе, где мы, противоточьем служит;

70 И там, и здесь — отдельный небосклон,
Но горизонт один; и та дорога,
Где несчастливый правил Фаэтон,

73 Должна лежать вдоль звездного чертога
Здесь — с этой стороны, а там — с другой,
Когда ты в этом разберёшься строго».

76 «Впервые,— я сказал,— учитель мой,
Я вижу с ясностью столь совершенной
Казавшееся мне покрытым тьмой,—

79 Что средний круг вращателя вселенной,
Или экватор, как его зовут,
Между зимой и солнцем неизменный,

82 По сказанной причине виден тут
К полночи, а еврейскому народу
Был виден к югу. Но, когда не в труд,

85 Поведай, сколько нам осталось ходу;
Так высока скалистая стена,
Что выше зренья всходит к небосводу».

88 И он: «Гора так мудро сложена,
Что поначалу подыматься трудно;
Чем дальше вверх, тем мягче крутизна.

91 Поэтому, когда легко и чудно
Твои шаги начнут тебя нести,
Как по теченью нас уносит судно,

94 Тогда ты будешь у конца пути.
Там схлынут и усталость, и забота.
Вот всё, о чем я властен речь вести».

97 Чуть он умолк, вблизи промолвил кто-то:
«Пока дойдёшь, не раз, да и не два,
Почувствуешь, что и присесть охота».

100 Мы, обернувшись на его слова,
Увидели левей валун огромный,
Который не заметили сперва.

103 Мы подошли; за ним в тени укромной
Расположились люди; вид их был,
Как у людей, объятых ленью томной.

106 Один сидел как бы совсем без сил:
Руками он обвил свои колени
И голову меж ними уронил.

109 И я сказал при виде этой тени:
«Мой милый господин, он так ленив,
Как могут быть родные братья лени».

112 Он обернулся и, глаза скосив,
Поверх бедра взглянул на нас устало;
Потом сказал: «Лезь, если так ретив!»

115 Тут я узнал его; хотя дышала
Ещё с трудом взволнованная грудь,
Мне это подойти не помешало.

118 Тогда он поднял голову чуть-чуть,
Сказав: «Ты разобрал, как мир устроен,
Что солнце влево может повернуть?»

121 Поистине улыбки был достоин
Его ленивый вид и вялый слог.
Я начал так: «Белаква, я спокоен

124 За твой удел; но что тебе за прок
Сидеть вот тут? Ты ждёшь ещё народа
Иль просто впал в обычный свой порок?»

127 И он мне: «Брат, что толку от похода?
Меня не пустит к мытарствам сейчас
Господня птица, что сидит у входа,

130 Пока вокруг меня не меньше раз,
Чем в жизни, эта твердь свой круг опишет,
Затем что поздний вздох мне душу спас;

133 И лишь сердца, где милость божья дышит,
Могли бы мне молитвами помочь.
В других — что пользы? Небо их не слышит».

136 А между тем мой спутник, идя прочь,
Звал сверху: «Где ты? Солнце уж высоко
И тронуло меридиан, а ночь

139 У берега ступила на Моррокко».


Поэма — Божественная комедия — Алигьери Данте — Часть 2 — Песнь IV

Первый уступ Предчистилища.— Нерадивые.— Балаква.

Жанр: Проза / Поэма
OCR: aphorisms.su
Книги бесплатно
Аннотации к книге
Краткое содержание


Примечания к поэме

5. Опровержимо заблужденье — учение платоников о тройственности человеческой души и манихеев — о её двойственности.

12. Эта связана, а та парит.— Одна сила поглощена каким-либо ощущением, а другая бездействует — парит.

15–16. Солнце успело подняться над горизонтом на 50°.

25–26. Сан-Лео, Ноли, Бисмантова — труднодоступные горные местности в Италии.

60. Аквилон — северный ветер. Здесь в смысле: север.

61–66. Смысл: «Если бы солнце (зеркало) было сейчас в созвездии Близнецов (Диоскуров), ты видел бы, что „рдеющая“ часть зодиака (та, где находится солнце) вращается ещё ближе к Северному полюсу (к созвездиям Медведиц), если только солнце не изменит своего вековечного пути». Другими словами: «В июне ты видел бы солнце ещё ниже над горизонтом в северном направлении».

68. Сион — то есть Иерусалим (см. прим. Ч., II, 1–3).

71–72. Дорога, где несчастливый правил Фаэтон — зодиак (см. прим. А., XVII, 106–108).

79. Вращатель вселенной — девятое небо, или Перводвигатель (Р., XVIIIXXIX).

104. Расположились люди.— Это нерадивые, до смертного часа медлившие покаянием.

123. Белаква — флорентиец, выделывавший грифы к лютням и гитарам. Данте с ним дружил и любил послушать его игру.

137–139. На горе Чистилища сейчас полдень, а над противоположным ей северным полушарием простёрлась ночь, от устья Ганга, на востоке, до западного берега суши — до Моррокко (Марокко) (см. прим. Ч., II, 4–6).